Russian Literature & Culture

Alexander Pushkin

Я вас любил 1829

Я вас любил: любовь ещё, быть может,
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;
Я не хочу печалить вас ничем.
Я вас любил безмолвно, безнадежно,
То робостью, то ревностью томим;
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам Бог любимой быть другим.
I loved you once; and love still perhaps
has not gone out completely within my soul
But let it no longer trouble you
I don't want to sadden you with anything.

I loved you silently, hopelessly
First timidly then jealously languishing
I loved you so sincerely so tenderly,
that may god grant you to be so loved again.

Ты и вы 1828

Пустое вы сердечным ты
Она, обмолвясь, заменила
И все счастливые мечты
В душе влюблённой возбудила.
Пред ней задумчиво стою,
Свести очей с неё нет силы;
И говорю ей: как вы милы!
И мыслю: как тебя люблю!
The empty you with the heartfelt thou
She with a slip of her tongue replaced
And all the happy dreams awoke
in the soul of the one who loved her.
Before her I stand, lost in thought
I don't have the strength to take my eyes from her
And I say to her how sweet you are
And I smile: how I love her.

 K... 1825

Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной,
В тревогах шумной суеты,
Звучал мне долго голос нежный
И снились милые черты.

Шли годы. Бурь порыв мятежный
Рассеял прежние мечты,
И я забыл твой голос нежный,
Твои небесные черты.

В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни, без любви.

Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.
 

Anna Akhmatova

Мужество

Мы знаем, что ныне лежит на весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.

Не страшно под пулями мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова,
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.

Свободным и чистым тебя пронесем,
И внукам дадим, и от плена спасем
Навеки!
 

Alexander Blok

Ночь, улица, фонарь, аптека...

Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи ещё хоть четверть века —
Всё будет так. Исхода нет.

Умрёшь — начнёшь опять сначала
И повторится всё, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.
Night, a street, a streetlight, a drugstore,
A meaningless and dull light.
Live even another quarter century -
All will be the same . There's no way out.

You'll die - and begin again from the beginning,
And everything will repeat, as of old:
The night, the icy ripple of the canal,
The drugstore, the street, the lamppost.

Gavrila Romanovich Derzhavin

ПАМЯТНИК

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,
Металлов тверже он и выше пирамид;
Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,
И времени полет его не сокрушит.

5‎Так! — весь я не умру, но часть меня большая,
От тлена убежав, по смерти станет жить,
И слава возрастёт моя, не увядая,
Доколь славянов род вселенна будет чтить.

‎Слух пройдет обо мне от Белых вод до Чёрных,‎
10Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал;
Всяк будет помнить то в народах неисчётных,
Как из безвестности я тем известен стал,

‎Что первый я дерзнул в забавном русском слоге
О добродетелях Фелицы возгласить,
15В сердечной простоте беседовать о Боге
И истину царям с улыбкой говорить.

‎О Муза! возгордись заслугой справедливой,
И презрит кто тебя, сама тех презирай;
Непринуждённою рукой неторопливой
20Чело твоё зарёй бессмертия венчай.

 

Река времён 1816

Река времён в своём стремленьи
Уносит все дела людей
И топит в пропасти забвенья
Народы, царства и царей.
А если что и остаётся
Чрез звуки лиры и трубы,
То вечности жерлом пожрётся
И общей не уйдёт судьбы.
The river of time in its coursing
Carries away all the affairs of man
And drowns in the abyss of forgetfulness
Peoples, Kingdoms and Kings.
And if something should happen to linger
Through the sound of the psaltery and harp
Then it will be devoured by the maw of eternity,
And shall not escape the common fate.

Sergei Esenin

До свидания, друг мой, до свидания

До свиданья, друг мой, до свиданья.
Милый мой, ты у меня в груди.
Предназначенное расставанье
Обещает встречу впереди.

До свиданья, друг мой, без руки, без слова,
Не грусти и не печаль бровей, —
В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.

Goodbye, my friend, goodbye.
My dear you are in my heart.
The foreordained parting
Promises a meeting up ahead.

Goodbye, my friend, without a hand or a word,
Don’t grieve and don’t sadden your brow,
In this live to die is not new,
But living, of course, is no more novel.

 

Lermontov

чаша жизни

Выхожу один я дорогу 1841

Выхожу один я на дорогу;
Сквозь туман кремнистый путь блестит.
Ночь тиха. Пустыня внемлет Богу,
И звезда с звездою говорит.

В небесах торжественно и чудно!
Спит земля в сиянье голубом...
Что же мне так больно и так трудно?
Жду ль чего? Жалею ли о чём?

Уж не жду от жизни ничего я,
И не жаль мне прошлого ничуть.
Я ищу свободы и покоя!
Я б хотел забыться и заснуть!

Но не тем холодным сном могилы...
Я б желал навеки так заснуть,
Чтоб в груди дремали жизни силы,
Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь,

Чтоб, всю ночь, весь день мой слух лелея,
Про любовь мне сладкий голос пел,
Надо мной чтоб, вечно зеленея,
Темный дуб склонялся и шумел.
 

 

Ангел 1831

По небу полуночи ангел летел,
И тихую песню он пел,
И месяц, и звезды, и тучи толпой
Внимали той песне святой.

Он пел о блаженстве безгрешных духов
Под кущами райских садов,
О Боге великом он пел, и хвала
Его непритворна была.

Он душу младую в объятиях нес
Для мира печали и слез;
И звук его песни в душе молодой
Остался - без слов, но живой.

И долго на свете томилась она,
Желанием чудным полна,
И звуков небес заменить не могли
Ей скучные песни земли.

An angel was flying through the midnight sky,
and a quiet song he sang;
And the moon and the stars and the clouds in a throng hearkened to that holy song.
He sang of the bliss of sinless souls

under the shade of paradises gardens;
Of God the great he sang
and his praise was sincere.
In his embrace he carried the young soul

to the world of sadness and tears;
and the sound of his songs in the young soul
remained without words but alive.

And long on the earth it languished
filled with a wondrous longing;
and the boring songs of earth could not
replace for it the sounds of the heavens.

 

Парус 1832

Белеет парус одинокой
В тумане моря голубом!..
Что ищет он в стране далекой?
Что кинул он в краю родном?..

5 Играют волны — ветер свищет,
И мачта гнется и скрыпит...
Увы! он счастия не ищет,
И не от счастия бежит!

Под ним струя светлей лазури,
10 Над ним луч солнца золотой...
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой!
In the misty blue sea
There's a lonely white sail!
What's he looking for in a distant country?
What has he left behind in his native land?

The waves play - the wind whistles
And the mast bends and creaks...
Alas, - fortune does not await him.
and neither is he leaving it behind!

Under him streams of lightest azure,
Over him a golden beam of sun...
And he, troubled, asks of the storm,
As thought one could find peace in storms.

Boris Pasternak

Гамлет

Гул затих. Я вышел на подмостки.
Прислонясь к дверному косяку,
Я ловлю в далеком отголоске,
Что случится на моем веку.

На меня наставлен сумрак ночи
Тысячью биноклей на оси.
Если только можно, Aвва Oтче,
Чашу эту мимо пронеси.

Я люблю твой замысел упрямый
И играть согласен эту роль.
Но сейчас идет другая драма,
И на этот раз меня уволь.

Но продуман распорядок действий,
И неотвратим конец пути.
Я один, все тонет в фарисействе.
Жизнь прожить - не поле перейти.
The Roar dies down. I walk out onto the stage.
Leaning to the door frame,
I catch in a distant echo,
What's happening in my world.

On me is focused the darkness of night
Like a thousand binoculars on an axis.
If it's only possible, Abba Father,
Let this cup pass from me.

I love your stubborn plan
and agree to play this role.
But now another drama is unfolding,
And just this once, let me go.

But the order of the acts is all thought out
and the end of the path cannot be changed.
I am alone, everything's drowning in phariseeism.
Living through life- is not a walk in the park

Fyodor Tyutchev

Накануне 1865

Вот бреду я вдоль большой дороги
В тихом свете гаснущего дня...
Тяжело мне, замирают ноги...
Друг мой милый, видишь ли меня?
Всё темней, темнее над землею —
Улетел последний отблеск дня...
Вот тот мир, где жили мы с тобою,
Ангел мой, ты видишь ли меня?
Завтра день молитвы и печали,
Завтра память рокового дня...
Ангел мой, где б души ни витали,
Ангел мой, ты видишь ли меня?
 

Silentium! 1830

Молчи, скрывайся и таи
И чувства и мечты свои —
Пускай в душевной глубине
Встают и заходя́т оне
Безмолвно, как звезды́ в ночи, —
Любуйся ими — и молчи.

Как сердцу высказать себя?
Другому как понять тебя?
Поймёт ли он, чем ты живёшь?
Мысль изрече́нная есть ложь.
Взрывая, возмутишь ключи, —
Питайся ими — и молчи.

Лишь жить в себе самом умей —
Есть целый мир в душе твоей
Таинственно-волшебных дум;
Их оглуши́т наружный шум,
Дневные разгоня́т лучи, —
Внимай их пенью — и молчи!..
Quiet. Hide and secret away
Both your feelings and dreams-
Let them in the depths of your soul
Wax and wane
Silent, like the stars in the night,--
Delight in them-and remain quiet.

How can the heart express itself?
How can another understand you?
Will he understand how you live?
The uttered thought becomes a lie.
In stirring up you will sully the springs
Nourish yourself on them and keep quiet.

Just learn to live inside yourself-
There’s a whole world within your soul
Of secret magical thoughts,
The external noise will deafen them,
The light of day will chase them away
Give heed to their singing and remain silent!…

конёк горбунок